Носов Сергей Александрович: различия между версиями

(Новая страница: « Сергей Носов – современный орловский Дон Кихот. В отличие от литературного идальго, наш «гражданин печального образа» никакого отношения к рыцарству и титулам не имеет. Зато являет собой образцовый пример политика в среде, где запрещено быть политик...»)
 
Нет описания правки
 
(не показана 1 промежуточная версия этого же участника)
Строка 1: Строка 1:


Сергей Носов – современный орловский Дон Кихот. В отличие от литературного идальго, наш «гражданин печального образа» никакого отношения к рыцарству и титулам не имеет. Зато являет собой образцовый пример политика в среде, где запрещено быть политиком.
'''Сергей Носов''' – современный орловский Дон Кихот. В отличие от литературного идальго, наш «гражданин печального образа» никакого отношения к рыцарству и титулам не имеет. Зато являет собой образцовый пример политика в среде, где запрещено быть политиком.


== Детство==
== Детство==
Строка 27: Строка 27:


Компанию «Лаборатория 57» Серега открыл именно в деревне. Это был вовсе не юридический адрес, а реальное, «через не могу» работающее  микропредприятие. «Лаборатория 57» завелась. Пошли заказы. Московские наработанные связи дали о себе знать. Да и местные интересанты на серегины поделки нашлись. Случались изредка даже иностранные заказы.
Компанию «Лаборатория 57» Серега открыл именно в деревне. Это был вовсе не юридический адрес, а реальное, «через не могу» работающее  микропредприятие. «Лаборатория 57» завелась. Пошли заказы. Московские наработанные связи дали о себе знать. Да и местные интересанты на серегины поделки нашлись. Случались изредка даже иностранные заказы.
Из наиболее интересных работ, например, – усадьба Воронино в Ярославской области. Там один мужик выкупил своё родовое гнездо у государства и решил  запечатлеть образчик  своей мечты в малых архитектурных формах. Из необычного – четырёхметровая  задвижка для атомной станции, скала Петушок, ну и, конечно же, модель самолета ИЛ-2 в натуральную величину. Многие могли видеть его в ???? годах по дороге в Орловское полесье как раз возле серегиного дома.  Носовское предприятие производило и динамичные поделки – движущиеся образцы со светом и звуком.
Из наиболее интересных работ, например, – усадьба Воронино в Ярославской области. Там один мужик выкупил своё родовое гнездо у государства и решил  запечатлеть образчик  своей мечты в малых архитектурных формах. Из необычного – четырёхметровая  задвижка для атомной станции, скала Петушок, ну и, конечно же, модель самолета ИЛ-2 в натуральную величину. Многие могли видеть его в 2010-х годах по дороге в Орловское полесье как раз возле серегиного дома.  Носовское предприятие производило и динамичные поделки – движущиеся образцы со светом и звуком.


Однако, как известно, область тотального успеха успешна для всех. В конце концов в 2018 году успех по полной накрыл и «Лабораторию 57». Медленный вялотекущий экономический кризис целенаправленно превращал в труху гранитный камень предпринимательского оптимизма.
Однако, как известно, область тотального успеха успешна для всех. В конце концов в 2018 году успех по полной накрыл и «Лабораторию 57». Медленный вялотекущий экономический кризис целенаправленно превращал в труху гранитный камень предпринимательского оптимизма.

Текущая версия от 10:39, 27 января 2023

Сергей Носов – современный орловский Дон Кихот. В отличие от литературного идальго, наш «гражданин печального образа» никакого отношения к рыцарству и титулам не имеет. Зато являет собой образцовый пример политика в среде, где запрещено быть политиком.

Детство[править | править код]

Одна из малочисленных заслуг нашего города состоит в том, что за последние десятилетия в нем каким-то чудом рождаются персонажи, претендующие на хоть какой-то оттенок на общем безликом фоне мещанства и обыденности. Безусловно, Серега Носов относится к подобной когорте земляков.

Родился Сергей 18 ноября 1982 года в Орле. Однако уже через год родители увезли его в один из будущих форпостов современного «русского мира» – Приднестровье. На этих теплых молдавско-украинских землях под лучами солнца наш герой провёл своё детство до 11 лет. Там же, когда Сергею было четыре года, умер его отец.

Тем временем экономика Приднестровья, замешанная на влажных мечтах патриотов, скатывалась к полному успеху. Лозунг «После победы заживем!» оказался не совсем пророческим. Зажили где-то полпроцента. У остальных не задалось. Посему местные жители вдоль левого берега Днестра стали посматривать на любые части света, включая полярные станции Антарктиды.

Вот и мама Сереги решила, что пора из-под такого груза счастья выбираться. И в 1994 году вернулась с ним в Орловскую область.

Велкам ту Бакланово[править | править код]

Возвратившись на малую родину, семья поселилась в 18 км к северо-западу от областного центра в селе Бакланово. Во времена империи это было одно из крупнейших сёл региона со своими мастерскими, кабаками и прочим. Как-никак, а центр волости - даже местный волостной суд тут был.

К 90-м годам Бакланово населяло около тысячи жителей. Сейчас - примерно 500. Село, как задвигали тогдашние пропагандисты, было живое, перспективное. Вот-вот начнёт развиваться сельское хозяйство. Ещё немного, и аисты совьют свои гнёзда почти у каждой баклановской избы. Серега закончил местную школу. Уже в ней он приобрел первый опыт политической борьбы, выиграв выборы президента школы. Затем поступил на худграф педа. После выпуска немалая доля выпускников этого заведения идёт работать на околокладбищенские конторы. Делать мраморные памятники, рельефы, барельефы, бюсты. Если подешевле – гравировочку с рисованной фотографией, двумя датами и известной надписью по приемлемой цене: «Помним, любим, скорбим…». Выпускники славного худграфа также пишут траурные ленты, формируют венки и конструируют могильные оградки с виньетками. Иной раз из металла и мрамора такая красотища получается – прям загляденье, хоть рядом ложись. Однако Носов не стал ваять надгробные бюсты, а решил своими талантами покорить тогда ещё лужковскую Москву.

Предпринимательские потуги[править | править код]

В столице Серега устроился в контору со странным названием «Привет». Там он набил руку, подсмотрев основы ведения бизнеса. Дело было действительно несколько необычным для орловского выпускника худграфа - создавать архитектурные и промышленные макеты и модели. Заказы были весьма разнообразными - от макетов жилых микрорайонов до моделей автомобилей и самолетов. Проработав где-то с год, Носов смекнул, что может открыть свой бизнес. И рискнул – организовал мастерскую в Москве. Молодость может если не горы свернуть, то хотя бы холмы распахать, и пока хватало силенок и молодецкого энтузиазма, Серега скакал во весь опор. Бизнес кое-как развивался, параллельно Носов обзавелся семьёй, получив большущий воз традиционных бытовых траблов. В итоге покорить Москву нашему герою не удалось. И в 2009 году, как раз когда Строев перестал быть б-гом Орловской области, Сергей решил перенести бизнес в Бакланово. Малая родина, прилив новых творческих сил, смена обстановки – все это способствовало росту предпринимательского энтузиазма. Старое дело заработало на новый лад.

Компанию «Лаборатория 57» Серега открыл именно в деревне. Это был вовсе не юридический адрес, а реальное, «через не могу» работающее микропредприятие. «Лаборатория 57» завелась. Пошли заказы. Московские наработанные связи дали о себе знать. Да и местные интересанты на серегины поделки нашлись. Случались изредка даже иностранные заказы. Из наиболее интересных работ, например, – усадьба Воронино в Ярославской области. Там один мужик выкупил своё родовое гнездо у государства и решил запечатлеть образчик своей мечты в малых архитектурных формах. Из необычного – четырёхметровая задвижка для атомной станции, скала Петушок, ну и, конечно же, модель самолета ИЛ-2 в натуральную величину. Многие могли видеть его в 2010-х годах по дороге в Орловское полесье как раз возле серегиного дома. Носовское предприятие производило и динамичные поделки – движущиеся образцы со светом и звуком.

Однако, как известно, область тотального успеха успешна для всех. В конце концов в 2018 году успех по полной накрыл и «Лабораторию 57». Медленный вялотекущий экономический кризис целенаправленно превращал в труху гранитный камень предпринимательского оптимизма. Вообще в 10-е годы во многих отраслях отечественного бизнеса прослеживалась следующая тенденция: количество заказчиков сокращалось, а оставшиеся, не стесняясь, рядились в государственную накидку. Когда Серега начинал мутить свой бизнес, 80% заказов было от бизнеса и 20% исходило от государства. А когда его «Лаборатория 57» окунулась по самые уши в жижу успеха, экономика спроса развернулась ровно наоборот. Почти всё по факту стало государственным. Последние заказы шли от военных контор, РПЦ, музеев (вы, кстати, много знаете частных орловских музеев?) и мусорного завода господина Парахина.

Вот так жили и умирали необычные бизнесы Орловской области.

Околополитические танцульки[править | править код]

По мере того, как Серега Носов терпел нелицеприятные удары судьбы в отношении своего бизнеса, он все больше втягивался в общественно-политическую житуху страны и Орловской области. Как это произошло? Однажды в его макетную мастерскую в Бакланово пришёл работать орловский общественный активист Женя Потапов. Своими активностями он втянул Серёгу в политический водоворот событий. Сначала они пытались посредством гражданского негодования латать дыры на местных дорогах и даже собрали нехилое сообщество единомышленников «Орловские дороги». Но тут ситуация копировала русские народные сказки – на место одной заплатки на трассе возникали две новых, а то и больше. В итоге Серёга решил для себя, что в Орловской области он сможет устранить любую дырку в асфальтовых артериях региона, но в целом по региону и стране проблему не решить. Нужны другие действия. Тогда он попробовал принять участие в выборах 2016 года в Бакланово и довыборах в 2017 году в этот же сельсовет. В обоих случаях Серегу не допустили даже к участию в распределении мандатов, обладание которыми даёт ровным счетом ничего. Носов тогда не подозревал, что участвовать в такого рода «игрищах» – это как учиться плавать в бассейне без воды. Вроде бы все условия есть – учись на здоровье, кто ж тебе не даёт. Воды только нет, но отрабатывать кроль – прокачивать мышцу – пожалуйста. Просто некоторые думают, что вода в бассейне – это самое главное, и вместо того, чтобы спокойно, не торопясь, оттачивать взмах голени на холодном кафеле, начинают канючить воду. Общественный активизм быстро сменился политическим когда случились всякие инициативы навальновского замеса и «Открытки» Ходорковского. Его даже угораздило руководить в 2018 году орловским штабом кандидата в президенты К. А. Собчак.

Данное положение дел не могло не вытолкнуть Носова на гребень медийной волны в орловском болоте. Периодически у него берут интервью по всяким локальным поводам представители местных СМИ, некоторые из которых даже на трезвую голову совершенно искренне считают себя журналистами. Кроме того, Сергей ведёт телеграм-канал “Список Носова”, который худо-бедно приближается к 400 подписчиков.

Итог заплыва и эмиграция[править | править код]

Политическая эпопея Носова подобна сегодняшнему призыву спасти от опустынивания Аральское море. Затея, конечно, неплохая – лучше жить с морем и работой, чем посасывать пустынный солончаковый воздух. Но есть одна заминка – с каким-либо дельным результатом этот почин надо было задвигать лет 60 назад. Когда же Аральское море высохло, баржи с кораблями проржавели, и их растащили на металлолом, а рыба давно сдохла, то уже крайне поздно предлагать даже самые дельные планы по спасению. Море умерло! Волны не радуют глаз. Только пыль за щекой. Но есть ещё в мире энтузиасты, желающие воскресить Водную жемчужину на севере Каракум. Их потуги сравнимы с попытками Носова заниматься политикой в стране, где политика уничтожена как явление.

И вся эта история могла быть комичной, если бы не начавшееся активное противостояние РФ с Украиной. Начиная с 24 февраля Носов стал публично задвигать антивоенные спичи. Такая позиция не сулит ничего хорошего, кроме чистой совести, поэтому на Серегу предсказуемо обрушились административные и уголовные наезды. В его баклановском доме прошла серия обысков. Только успевает Носов разжиться телефоном и ноутом, как тут-тук в дверь - “Откройте, полиция”.

К сентябрю Серегу уже недвусмысленно поставили перед выбором: свобода за пределами России или тюрьма. И он его сделал: доехал до Минска и улетел в солнечную Грузию. Откуда продолжает свою политическую активность в онлайне. А еще - сотрудничает с Орлецом, став одним из админов сайта и заставив остальных админов возродить проект. А раз на Орлеце есть статьи про других админов, то пусть будет и про Серегу.

Галерея творческих работ[править | править код]